Глядя на этих огромных, величественных созданий, одетых в мощную, украшенную шипами и рогами броню, трудно представить себе, насколько характер драконов Изменчивого не соответствует их грозному внешнему виду. В Энхиарге их не даром зовут «воробьями в чешуе» - трудно найти существ более беззаботных, весёлых и доброжелательных. Они могут быть ветрены и непоследовательны, иногда даже вспыльчивы, но дети Повелителя Ветров всё равно остаются одной из самых приятных в общении рас Энхиарга. По результатам опроса «Кого бы вы хотели видеть своим соседом?», проведённого учениками Лекарей Душ в Бриаэлларе, они заняли почётное третье место, сразу за алаями и адорами, несколько опередив «простых» танаев.

В центре всей жизни этих драконов находится свобода. Они будут защищать её всеми доступными средствами (а способов убить врага или же испортить ему жизнь настолько, что он сам захочет умереть, у них, уверяю вас, предостаточно). Драконы уважают в равной степени как свободу собственную, так и окружающих их существ: в чужие дела не лезут, своей философии никому не навязывают, за что, соответственно,  уважаемы и любимы. Правда, есть у них одна дурная привычка, которая раздражает некоторых господ: драконы страсть как любят освобождать политических преступников и лиц, приговорённых к смерти за излишнее свободомыслие. Только в каком-нибудь Рапе соберутся казнить писаку, замусоривающего ночные улицы листовками с пошлыми стихами о запретной любви короля с его ручным фарзисом, устроят всё чин-чином, и тут (как поэтично выразился один очевидец подобной сцены): «дракон Изменчивого выхватит подлеца прямо из челюстей явившегося по его душу Веиндора».

М-да, эти драконы просто созданы, чтобы «выхватывать». Из них, если бы не врождённое благородство, получились бы идеальные воры: создавший их безымянный наэй, известный в Энхиарге как Повелитель Ветров, повелевает не только воздушными потоками, как следует из его прозвища, но и пространством, а это значит - мгновенные беспрепятственные перемещения между любыми точками Бесконечного… «Дети» Изменчивого многое унаследовали от своего «батюшки»: развитие небывалой скорости в полёте, прыжки между мирами, открытие и закрытие порталов без всякого видимого колдовства. При желании, они могут становиться абсолютно незримыми и бесплотными. Нельзя не упомянуть и об их ненавистном многим умении создавать помехи, препятствующие магическим перемещениям других существ. Так что, повторюсь, из драконов вышли бы прекрасные воры, шпионы, наёмные убийцы… или даже захватчики. Но всё это настолько не в характере этих «величественных чешуеносцев», что лучше и не заикаться о подобном «трудоустройстве» в их присутствии.

Драконы Изменчивого нашли куда менее практичное применение своим многочисленным талантам: за счёт них они удовлетворяют свою самую большую страсть – жажду новых впечатлений. Они необходимы им как воздух, как полёт. Паря над Энхиаргом, драконы слагают и распевают чудесные песни об увиденном (многие из которых, увы, оказываются впоследствии утерянными, ибо их создателям просто в голову не приходит что-то записывать и хранить).

К сожалению, как некоторые жители Долины Снов попадают в зависимость от туманов своей родины, так небольшая часть драконов превратилась в своего рода информационных наркоманов. Им совершенно наплевать, за чем наблюдать – за грандиозным лесным пожаром, разграблением древнего города вражеской армией или же брачными ритуалами обитателей луррийских Ароматных болот, - увиденное не задевает никаких струн их душ, более того, оно даже не задерживается надолго в их памяти. Личность таких драконов потонула в потоке впечатлений, это совершенно пустые создания…

Описать внешность детей Изменчивого в их крылатой форме очень сложно. Мало того, что драконы от природы способны менять цвет чешуи, так они ещё и являются страстными поклонниками всевозможных модификаций тела: наращивают гребни, вживляют себе рога, шипы, чешуйки причудливой формы (которые, бывает, инкрустируют драгоценными камнями или даже изготавливают из безднианского стекла), меняют форму и текстуру крыльев – делают перепонки полупрозрачными, заставляют их радужно переливаться, частично покрывают их перьями, татуировками, мехом… Всего и не перечислишь. Мало кто знает, что от природы детки Повелителя Ветров не способны выдыхать ничего, опаснее углекислого газа. Всё это огненное, ледяное, кислотное и прочее дыхание - дело рук человеческих, танайский и алайских мастеров.

Что касается их двуногой формы, то драконы выглядят, как очень высокие, стройные люди, с резкими, даже грозными чертами лица. Но добрый, лёгкий нрав проявляется в их мимике и речи, быстро сводя на нет первое впечатление. Движения их быстры и порывисты, молодые драконы отличаются забавной неуклюжестью. При желании, дети Повелителя Ветров могут оставлять за спиной уменьшенную копию своих крыльев, но они редко делают это – перепонки вечно цепляются за что-нибудь... бьющееся.

В истории драконов Изменчивого можно выделить два периода: «пещерный», который имел место быть до создания «Крыльев Заката», и «цивилизованный».

Пещерные драконы

В первые столетия своего существования драконы Изменчивого были, как никогда потом, близки к природе. Месяцами они не принимали двуногий облик, незримыми или видимыми летая по Энхиаргу и другим мирам, а потом возвращаясь домой, чтобы поделиться с собратьями увиденным и услышанным, и эти путешествия были практически единственным их занятием.

Жили драконы, как они сами любят шутить, «охотой и собирательством» – охотились на всякую живность за пределами Наэйриана (особенно любили обедать в холмах Рогатого Шамппа) и, как заправские сороки, собирали целые кучи всевозможной блестящей чепухи… на память о посещённых мирах. Чуть позже, когда их излюбленные охотничьи угодья опустели – сейчас шамппа (и то безрогого) можно встретить разве что в Бездне, - драконы стали пробавляться натуральным хозяйством: разводить разнообразное зверьё прямо в подземельях под Клыками.

Обитали дети Повелителя Ветров в обширных пещерах, пол которых выстилали разными сортами луррийского мха так, что получались гигантские ковры с ярким рисунком и «ворсом» длинной в локоть. Слух их услаждали привезённые с тех же Ароматных болот поющие жабы, коих драконы держали в серебряных клетках (правда, если певицы начинали фальшивить, их тут же съедали на ужин). Этот довольно аскетичный уклад жизни оставался незыблем веками…

И всё же с некоторых пор в жизни драконов стали происходить изменения. Начались они с того самого невинного желания спрятать под своим крылом неких существ, испытывающих на  родине гонения за свободомыслие. Драконы приютили их, закрыв для преследователей всякую возможность попасть в Драконьи Клыки. Гости же, в свою очередь, наполнили Клыки непривычным для их хозяев уютом. Многие драконы впервые осознали, что эти две скалы их дом, а не что-то вроде постоялого двора, куда прилетаешь зализать раны и потравить байки со случайными приятелями. Они начали проводить больше времени в двуногой форме – им нравилось бывать в гостях у не-драконов. Некоторые даже обставляли привезённой из путешествий мебелью маленькие пещерки, по образцу жилищ своих новых друзей. Но пока эти помещения всё ещё больше походили на склады, нежели на жилые комнаты.

Главным же новшеством было то, что в это время драконы Изменчивого впервые обратили взгляд не на то, что было вокруг них, а  на самих себя. Окончательный же перелом в истории народа Драконьих Клыков связан с именем Сиделарин ан Виллаор и её супруга Эларвиона, пошедших этим путём дальше других. 

Эпоха «Крыльев Заката»

- Для нашего брата торговца  разругаться с «Крыльями Заката» то же самое, что для птички самой отрезать себе крылья.

Хааз Фармидар, хозяин таверны «Крысиная Нора» и одноимённого магазина.

Многие энхиаргцы обнаруживают, что их мир вообще-то «жуть какой большой», только получив от клерка «Крыльев» аккуратненький лиловый конвертик с уведомлением о невозможности дальнейшего обслуживания. До этого Энхиарг представляется им подобием квартиры со множеством комнат, и цена за перемещение из одной в другую кажется чересчур завышенной. Можно подумать, что эта организация существовала всегда. Иначе - что бы драконы делали, на что бы жили?.. На этот вопрос я уже отвечала выше, так что займёмся самими «Крыльями».

Об истории их создания только романы писать, или, на худой конец, сказочки. Жил-был в стародавние времена добрый дракон из хорошего рода со звучным именем Эларвион. Даже безбожно фальшивящих луррийских жаб он не пожирал, как положено, а отвозил обратно на их родные болота и выпускал – так великодушно было его сердце. А когда он начинал рассказывать о своих странствиях, все вокруг замолкали. Ни одна чешуйка не скрипнет, ни один хвост не проскребёт по камню… И угораздило же его связаться с этим позором  рода драконьего – безумной Сиделарин ан Виллаор! Эта бесстыдница сбила его с пути истинного…

Сиделарин была очень красивой драконицей, и очень самовлюблённой.  Хотя почему «была» - она и по сей день ею остаётся. Пока её собратья по чешуе изучали дальние миры, Сиделарин изучала себя. Первым её открытием было то, что она красива, и ей хочется снова и снова любоваться собой… хотя ничего нового и интересного (вроде того особого вида пожирающей драконью чешую ржавчины, за «жизнью» которой на собственной лапе целых трое суток следил брат Сиделарин) она в себе явно не находила! В этом самолюбовании было что-то необычное.

Некоторые историки, а особенно члены сект… движения «Назад, в пещеры!» обычно заостряют внимание на этом моменте биографии Сиделарин, рассказывая снова и снова, как она часами пялилась на своё отражение в зеркальных стенах пещеры. Не буду спорить – пялилась, было дело. Но нельзя забывать, на какие мысли навело её это любование. Первой из драконов она обратила внимание на свой внутренний мир, первой позволила себе задуматься: а нравится ли ей жить в этой полупустой пещере? По сердцу ли ей целую вечность скользить над жизнью, наблюдая, но не вмешиваясь; взахлёб рассказывать о чужих обычаях, чужих свершениях, но конфузливо замолкать, если просят рассказать хоть что-то о себе самой? Проще говоря, в один прекрасный день Сиделарин заявила: «Я хочу жить своей жизнью, знать, кто я, что из себя представляю, чего хочу, и что могу». Она решила найти для себя любимое дело, для которого и родилась на свет.

Сказано-сделано. Взбалмошная госпожа ан Виллаор сняла половину дома у одного из «спасённых» и стала проводить всё время в двуногой форме, перенимая образ жизни не-драконов, полагая, что те уделяют саморазвитию куда больше времени, чем её соплеменники. Сиделарин перепробовала себя во множестве дел – от разведения мясной породы ампусов до росписи чешуи - пока, наконец, не вызвалась помочь своему возлюбленному (и единомышленнику) Эларвиону отвезти нескольких «спасённых» в Лар-эрт-эмори…

Увы, в этот момент мы вынуждены попрощаться с Сиделарин, как с поборницей идеи необходимости раскрытия своей творческой индивидуальности. Стоило ей окунуться в бурную, яркую, полную роскоши жизнь Лар-эрт-эмори, как она тут же решила, что обрела то, что искала, и забросила все свои честолюбивые начинания. Теперь целью её жизни стало посетить как можно больше балов, званых обедов, выставок и показов мод, а для самовыражения ей вполне хватало возможности покрасоваться в новом платье или же блеснуть знанием древнего танца. На этом роль госпожи ан Виллаор в жизни Драконьих Клыков заканчивается.

Но у Сиделарин был достойный «преемник», который в дальнейшем намного превзошёл свою «учительницу». Эларвион (кстати, за него она в скором времени и вышла), куда более упорный и мудрый, не потерял интереса к поиску своего места под солнцем. Изучая новый для себя мир не-драконов, он довольно быстро понял, насколько «бескрылые» нуждаются в том, что он сам и его народ легко могли дать им. Эларвион видел, какие огромные деньги вынуждены платить его друзья-художники за редкие материалы для своих работ, доставляемые из других миров. Ему было противно смотреть на неумех-чародеев с их нестабильными порталами, в которых порой гибли не только грузы, но и их сопровождающие...

Так появились «Крылья Заката», организация, созданная крылатым из искреннего сочувствия к бескрылым. Это немедленно сбило искусственно завышенные цены на пространственные перемещения. Эларвиону пришлось столкнуться с разъярёнными конкурентами и даже отбить несколько нападений на свою контору, но он выстоял, более того, с каждым годом в «Крылья» вступали всё новые и новые дети Изменчивого. Всё больше драконов проникалось развитыми, дополненными, доведёнными Эларвионом до ума идеями, родившимися некогда в голове Сиделарин. Работа в «Крыльях Заката» стала основным источником дохода обитателей Драконьих Клыков. Филиалы организации открылись по всему Энхиаргу, а очень скоро - и за его пределами. Сравнительно недорогие, безопасные перемещения через порталы, а для любителей экзотики - прямо на драконьей спине, были нужны всем и повсюду.

Разумеется, на родине Эларвион из «бедняжечки, околдованного красивой сумасбродкой», превратился едва ли не в национального героя.

Но не обошлось и без неприятных событий. Близкий сподвижник Эларвиона, Кеттарон, самовольно заключил от имени компании несколько контрактов (поговаривают, среди них была даже переправка рабов – вещь для дракона Изменчивого просто немыслимая!), нарушив устав организации и вызвав гнев Совета Драконьих Клыков и самого Повелителя Ветров.

Что толкнуло Кеттарона на все эти мерзости? Может, они стали логическим развитием его извращённой философии – не даром про него говорили: «Он понимает свободу как, в первую очередь, свободу от своей совести». Кеттарон не раз и не два возмущался чересчур строгими требованиями Эларвиона к чистоте сделок, а также добропорядочности самих клиентов. Есть и другая версия: Кеттарон хотел дискредитировать, разрушить дело Эларвиона, которого некогда предпочла ему прекрасная Сиделарин…

Как бы там ни было, вины с Кеттарона это ничуть не снимало. Сначала Совет проявил к нему милосердие – его просто изгнали. Но впоследствии Кеттарон совершил некое преступление, о котором и сам он, и его собратья предпочитают молчать, и за которое его приговорили к невиданной каре – ему отрезали крылья. Причём сделано это было таким способом (говорят, по просьбе Изменчивого к этому приложили руку не то Веиндор, не то Аласаис), что ни в одной из форм, сколько бы раз ни менял он тело, Кеттарон не мог вновь стать крылатым. Преступник с неожиданным мужеством перенёс это страшное наказание и, не сломленный, покинул Драконьи Клыки.
Впоследствии он выкрал одно из своих изодранных крыльев и с тех пор носил его как плащ. В честь этого вечного напоминания о пережитых боли и унижении он и назвал своё ужасное детище «Порванное Крыло».  
   

«Порванное Крыло»

- Ты не дракон более, ты – червь. Живи, ползай, и помни о небе, которого лишился!

Напутственное слово Самалерда «Чёрное Крыло» изгнаннику Кеттарону.

- Червём? Ползать? Да с удовольствием – в твоей могилке, приблудный!

Ответное слово изгнанника Кеттарона Самалерду «Чёрное Крыло».

Как выяснилось вскоре после изгнания Кеттарона, по странной прихоти Изменчивый, отняв у него крылья и возможность летать самому, оставил преступнику большую часть остальных его драконьих способностей. Но, что самое неприятное, Кеттарон, практически с самого начала наблюдая за созданием «Крыльев Заката», знал все их тайны, все связи, все хитрости ремесла. Эти бесценные знания, а также невиданные среди его соплеменников хитрость, лицемерие и коварство помогли ему с пугающей быстротой организовать компанию «Порванное Крыло», ставшую конкурентом (и врагом) «КЗ».

Кеттарону не удалось перетащить на свою сторону ни одного дракона Изменчивого, но он смог найти и обучить нескольких талантливых магов иных рас. И если его дурная репутация не позволила ему переманить старых клиентов «Крыльев» (хотя он и пытался сделать это, занижая цену), то она же помогла ему обрести популярность в… определённых кругах.

«Порванное Крыло» не гнушается никакими заказами. В отличие от «Крыльев Заката», в «ПК»  вам не станут задавать лишних вопросов: что (кого) переправляете, куда переправляете и законно ли это? Воровство, подлоги, контрабанда и хранение оружия, запрещённых волшебных предметов, ядов, наркотических веществ и прочих зелий, похищения существ и убийства – вот неполный перечень того, чему поспособствовали господа и дамы из «Порванного Крыла». Они же предоставляют ставшую очень популярной услугу:  возможность спрятаться в некоем магически необнаружимом месте находящимся в розыске существам. За хорошие деньги, разумеется. Поговаривают, что это именно они помогли известному убийце Бурпу Язве бежать из Главной Тюрьмы Анлимора.

Мало что известно о союзниках (оно и понятно – бандитам место в тени) и, главное, дальнейших планах Кеттарона и его шайк… компании. Хотя в том, что среди них числится уничтожение «Крыльев Заката» и месть изгнавшим его соплеменникам, сомневаться, увы, не приходится.

С появлением «Крыльев Заката» и вовлечением в их работу значительной части населения, в повседневной жизни Клыков, их обычаях и драконьем мировоззрении в целом произошли значительные изменения. Разумеется, все эти новшества не могли понравиться всем сразу.

По мнению небольшой группы драконов, объединившихся под весьма красноречивым лозунгом: «Назад, в пещеры!» - их соплеменники проявили ужасное неуважение к своей природе, предали свои корни, своего творца (Изменчивый, кстати, ни разу не возмутился. Хотя у него самого были, как говорится, «усы в сметане»: он помогал Аласаис строить её город и потом часто и подолгу гостил в нём). Предали саму Свободу! Возмущённые «старики» ратовали за возврат к прекрасному прошлому, когда все дети Повелителя Ветров, свободные от разрушительного инорасового влияния, жили в пещерах и, беззаботные, бесцельно порхали по мирам.

Говорят, что именно «пещерные» настояли на первом мягком приговоре для Кеттарона, утверждая, что он всего лишь пал жертвой навязанного ему Эларвионом противоестественного образа жизни. Они до сих пор убеждены в этом и не произносят имён главы «Крыльев Заката» и его супруги без приставки «проклятые».

Несмотря на всю абсурдность и комичность их лозунгов, методы, к которым прибегали «Возвращенцы», дабы донести до соплеменников свои идеи, частенько были совсем не смешными. Например, они перемещали живущих в Клыках «коварных» не-драконов вместе со всем их «мерзким скарбом» в отдалённые миры, где их было не так-то просто отыскать. Или сами, приняв двуногий облик, прыгали с вершины одного из Клыков, таким образом отрекаясь от всего не-драконьего. Они успевали перед смертью своего человекоподобного тела покинуть его навсегда, отныне обречённые вечно довольствоваться одной драконьей формой.

Их «заблудшие» соплеменники только сокрушённо качали головами, не решаясь вмешаться, нарушив тем самым свободу Возвращенцев. Им было грустно смотреть на этот страшный спектакль, но… но назад в пещеры они определённо не хотели.

А вот Энаор ан Ал Эменаит был в восторге от драконьих прыжков: прознав о подготовке очередной акции протеста, он принимался крутиться под Клыком. Однажды ему повезло – его раздавило-таки драконом-самоубийцей. Когда его слуги соскребли… оставшееся с земли, воскрешённый в новом теле Энаор собственноручно забальзамировал это и с немалой гордостью присовокупил к остальным экспонатам обширной коллекции своих безвременно погибших тел.

Эта же «весёлая компания» активно борется против применения порталов и прочих межпространственных штучек, кои считают священными, в якобы кощунственных целях. Больше всего страдают от них маги-ветеринары. Эти бедняги на своё горе придумали способ помочь своим особенно занятым клиентам обойтись без выгула питомцев – они просто-напросто стали устанавливать маленький портал на хм… выходе из животного. Впоследствии эту технологию переняли и сами хозяева, но к ним Возвращенцы цеплялись значительно меньше. Не буду живописать, какую расправу учинили они над старейшей подобной клиникой, анлиморскими «Чистыми Коврами». Это было ну о-очень грязное дело...

Правители

- Кто сейчас заседает в Совете? Да как всегда – кого поймают, те и отдуваются.

Дракон Артианг «Апельсин». 

В «Пещерный» период в Совете Драконьих Клыков наблюдались невиданные разброд и шатание. Изменчивый настоял, что Совет у них должен быть, но никто из заседающих в нём (а, вернее, залетающих спросить – есть ли что-нибудь интересненькое?) драконов представления не имел, чем они должны заниматься.

После нескольких неприятных инцидентов, произошедших по вине обосновавшихся в Клыках свободолюбцев, Совет взял на себя обязанность проверять потенциальных «жертв» своего милосердия – а не за дело ли их собирались казнить? Теперь он хоть как-то оправдывал своё существование.

С появлением «Крыльев Заката» и «Сокровищницы» состав Совета качественно изменился. Изменилась и повестка дня: появилась целая куча насущных вопросов, которые надо было решать быстро и со всей ответственностью. Время «чешуйчатых воробьёв» в Совете прошло, их место заняли серьёзные, деловые драконы, часто приглашающие для консультаций существ других рас.

- Нет, некогда мне. Шелдриазур ещё утром вернулся из какой-то огненной дыры и до сих пор недоеный валяется. Ушёл доить.

Телепат, сотрудник «Сокровищницы», своему сослуживцу.

Когда вы слышите это словосочетание, вам, наверное, представляются кучи железных, серебряных, стеклянных (или какой у вас там материал считается наиболее ценным?) монет и слитков, груды камней-самосветов, в цветных лучах которых искрятся драгоценные россыпи колец, браслетов и ожерелий, кубки и парадные латы, золочёные клетки со скелетами похищенных принцесс… э-э, я малость увлеклась. Так вот, ничего этого в «Сокровищнице» Драконьих Клыков нет.

Там есть кое-что поинтереснее. Помимо безвкусных сувениров, которыми они норовят уставить каждый выступ своей пещеры, драконы привозили из путешествий воспоминания о других мирах. Разумеется, у них самих никогда бы не хватило терпения подробно изложить узнанное на бумаге, да и смысла в этом они не видели. Зато его увидели двое не-драконов – энвирз Тракс Сишур и человек Алвиан, тот самый, который впоследствии станет одним из известнейших историков Энхиарга. Предприимчивые, как и все анлиморцы, они смекнули, что грешно пускать на ветер все эти бесценные знания.

Смекнули… и едва не загубили на корню всё дело, предложив драконам прибегнуть к помощи телепатов, которые могли бы выудить прямо у них из голов воспоминания о нужном путешествии и впоследствии уже самостоятельно описать его. Как среагировали свободолюбивые дети Повелителя Ветров объяснять, думаю, не надо – примерно так же, как среагировали бы налары, предложи им эта незадачливая парочка искупаться в ларше. Но Траксу и Алвиану повезло: по, разумеется, чистой случайности об их планах стало известно Ан’си’шиалу Малауру (и не надо фыркать, мол, везде эти коты!).

Патриарх предложил им выход. Его дом давно использовал технологию «изымания» воспоминаний без участия какого-либо посредника: накладывали на самую обычную вещь особое заклятие, помогавшее нужному воспоминанию «перетекать» в неё от взявшего её в руки существа и сохраняться внутри. А уже потом кто-то другой («расшифровщики», как стали называть их позднее) мог просмотреть это воспоминание, узнавая только то, что захотел показать сам очевидец, и при необходимости изложить это на бумаге. К удивлению Алвиана и Тракса, уже буквально сидящих на чемоданах, драконы довольно легко согласились принять предложение Малаура. Конечно, радость этой странной парочки была несколько пригашена ожиданием, что ловкий алай тут же приберёт их лавочку к рукам… Тем приятнее было их изумление, когда они поняли, что «корыстный» алайский патриарх не намерен делать этого. Он ещё раз похвалил энвирза и человека за их блестящую идею, пообещал всяческую поддержку и, не испросив за свои услуги ничего… кроме вечного бесплатного пользования архивом для своего народа, удалился. Ходит слух, что сама Тиалианна послала его помочь в создании «Сокровищницы»…

Так появилось самое большое в Энхиарге хранилище знаний. Многие, в том числе и Линдоргские маги, пытались, но так и не смогли наложить на него лапу. Между тем, оно служило и продолжает служить нуждам миллионов энхиаргцев: большинство карт как нашего, так и других миров, созданы благодаря архиву Драконьих Клыков.
 

Жизнь рядом с Долиной Снов

- Не слушайте его, он туману нанюхался!

Типичный контраргумент на Совете Драконьих Клыков.

Как бы ни пытались драконы уверить всех в обратном, близость Долины Снов с её  сладкими туманами не может не влиять на них. Конечно, жить высоко над Долиной не совсем тоже самое, что прямо на ней, да и ветры по воле Изменчивого чаще всего дуют от Клыков, отгоняя дурманящие облака… Но воздушные потоки, как и всё вокруг этих скал, переменчивы, а драконы, в отличие от «долинников», не успели «принюхаться» к всё-таки долетающим до них иногда клочьям волшебного тумана. И, вдохнув их, бывает, начинают творить… странное.

Все мы прекрасно помним, как на пятнадцатитысячную годовщину основания Элидана компания деток Изменчивого (в том числе и глубокоуважаемый [запрещено к публикации]) выкрасилась серебряной краской, подражая драконам-призракам - народу Веиндора, покровительствующего Элидану, - и отправилась поздравлять людей… Не знаю, как бы отнеслись элиданцы к подобному маскараду, но драконы Повелителя Ветров до них попросту не долетели. Проделав где-то треть пути, они забыли, к каким именно людям летят. И осчастливили своим визитом население Канирали…

В городах началась паника – вряд ли во всём Наэйриане найдётся хоть одно существо, не знающее, по какому поводу обычно прилетают драконы Веиндора. И ладно бы всё ограничилось давкой и обмороками, так нет! Благочестивые каниралийцы умудрились прикончить нескольких своих магов, полагая, что те были скрытыми некромантами, по души которых и прилетели «серебряные драконы».

Инцидент, конечно, замяли, свалив всё, как водится, на Ланфейра и «его проклятую Долину». Да и говорить о том, что подобные происшествия являются правилом – нельзя, но… но нельзя и забывать о «ядовитом дыхании сонной долины, радужной луррийской змеёй оплетшей стопы Драконьих Клыков». «Стопы Клыков» - какой образ, ох уж мне эти поэтичные каниралийцы!..

Но если вдыхание туманов драконы Изменчивого, может, и осуждают, то все они как один обожают… туманный массаж. Некоторые виды испарений Долины вызывают у них потрясающие тактильные ощущения. Дракон находит подходящую по размеру ложбинку, полную тумана нужного ему сорта, вытягивается, встопорщивает чешую, чтобы дымные струйки могли добраться до его чувствительной кожи… и блаженствует. Правда, после этого «отлежанный» участок земли на некоторое время перестаёт выделять туман, так что драконам приходится ограничивать себя в удовольствии.

Наконец, говоря о драконах и долинниках, надо упомянуть, что добрососедские отношения некоторых из них заканчивались межрасовыми браками. Результатом одного из них, например, было рождение знаменитого Криана ан Сая.

Талия Мурр ан Камиан ("Говорящий путеводитель "Четырёх Т" по Энхиаргу")