Первое, что мне придётся сказать об илтейцах – они НЕ полудраконы. Нет, нет и нет! Это заблуждение настолько глубоко засело в головах некоторых товарищей, что недавно в Анлиморе был случай, когда группа иномировых торговцев, затеявших тяжбу с драконьими «Крыльями Заката», потребовали заменить судью-илтейца, мотивируя это тем, что он не сможет вынести справедливое решение по делу, ответчиками по которому проходят его соплеменники. Разумеется, торговцам быстро разъяснили всю меру их заблуждения, но не они первые и не они последние, кто свято верит в то, что если у тебя за спиной перепончатые крылья – значит, среди твоих предков непременно затесались господа драконы.

Между тем, у илтейцев даже чисто внешне куда больше общего с людьми, чем со всякими там ящерами: их росту далеко до драконьего, черты лиц обычно не такие резкие. Да и потомства браки илтейцев с драконами не приносят, чего не скажешь об их союзах с людьми: такие парочки рискуют обзавестись добрым десятком отпрысков – как крылатых, так и бескрылых, причём последние отнюдь не чувствуют себя в чём-то ущербными.

Что касается крыльев – у илтейцев вообще довольно странное отношение к этому перепончатому подарку судьбы. Если бы у какого-нибудь алая вдруг взял и родился ребёнок без ушей или хвоста – представляете, в какой бы он пришёл ужас? Несчастный кот со вздыбленной шерстью потащил бы отпрыска к изготовителю тел, «пришивать» бедняге недостающее. Другое дело илтейцы. Крылья для большинства из них (если говорить о нынешних, «послемолниевых» илтейцах) всего лишь досадная помеха, вечный повод для раздражения – за всё цепляются, переодеваться, сидеть и спать, как хочется, мешают; поэтому нередки случаи, когда илтейцы… отрезают себе крылья к энвирзовой бабушке и заменяют их стойкой иллюзией. Подняться в воздух на таких крыльях, разумеется, не удастся, но в жизни есть много других – и куда более комфортных – способов полёта.

Но некоторые остаются верны традициям древности: в те времена очарование крыльев воспевались поэтами, а лучшие художники изобретали всё новые и новые узоры для росписи их кожистых перепонок, на радость тогдашним модницам и модникам… Эти «ретрограды» с осуждением смотрят на добровольно обрезавших крылья соплеменников, считая их едва ли не предателями своей крови.

Возможно, в этом есть смысл: ведь кроме вышеупомянутых крыльев у илтейцев практически отсутствуют какие-либо общие для всей расы черты.

…или элегантная запущенность – так можно охарактеризовать вид типичного илтейского жилища: из стен кое-где выпали камни, штукатурка потрескалась, краска облупилась, козырёк над дверью - в разводах ржавчины, под ним висит, зацепившись в последнем усилии коготками, скелет летучей мыши (они вечно прилетают умирать к собратьям по крыльям), а из щелей между черепицами радостно лезет жирный колючий сорняк…

Но! Но всё это странным образом представляется растерянным гостям отнюдь не свидетельством бедности или лени, а тщательно подобранными – в соответствии с экстравагантным вкусом хозяев - украшениями. Трещины и пятна, при всей несомненности естественного происхождения, сливаются в причудливый, притягивающий взгляд орнамент. Потёртая обивка диванов и кресел, спущенные петли на драпировках, царапины и сколы на полированной мебели кажутся в илтейских домах чем-то вроде изысканной изюминки, и, откуси мне хвост дракон, если я понимаю, как оно так получается!.. «Как» - я, конечно, не понимаю, но вот «почему» - предположить можно: наверняка, это связано с необычной илтейской философией. Но прежде чем я расскажу о ней, ещё пара слов о месте жительства её последователей (вдруг уважаемому читателю придётся когда-нибудь искать дом некоего илтейца на незнакомой улице).

Окна илтейских домов всегда жёлтые – от светло-лимонного, цвета крыльев бабочки-смолянки, до густо-янтарного, искристо-коричневого и даже чёрного. Жёлтые и обязательно треснувшие, причём узор трещин как правило настолько интересен, что многие известные швейных дел мастера не раз переносили эти завораживающие «паутины» на свои ткани.

Когда в семье илтейцев появляется прибавление, они заново остекляют свой дом. Считается, что чем скорее по стёклам пробегут трещины, и чем причудливее будет их узор, тем лучшее будущее ожидает новорожденного.

«И гнить можно красиво», - сказал один мудрый и древний илтеец. Можно перевести эти слова чуть иначе: «И в гниении есть красота». Он, как и многие его соплеменники, придерживался мнения, что Бесконечный прекрасен в любом своём проявлении. В абсолютно любом. В нём нет ничего ненужного, а всё, что нужно Бесконечному, всё, что служит его целям, заслуживает восхищения и превознесения.

Но это отнюдь не значит, что илтейцы восторгаются, когда всё вокруг гниёт, рушится, ветшает и разлагается (сумасшедших, о которых речь пойдёт ниже, в расчет не берём). Разрушение для них привлекательно не само по себе, а лишь как обещание начала чего-то нового. И непременно лучшего. Если Бесконечный «решил», что чему-то пора рассыпаться в прах, значит, у него «на уме» есть куда более грандиозный замысел, для воплощения которого он и расчищает место. Тут не о чем печалиться – надо сохранить уходящее в памяти и с радостным предвкушением смотреть в будущее.

Конечно, не во всяком тлении есть повод для подобных восторгов. Илтейцы каким-то образом чувствуют, что разрушается (или кто умирает) по воле Бесконечного, а что (и кто) – нет. И если в первом случае они будут лишь наблюдать и вдохновенно молиться об успешном воплощении новой задумки Бесконечного, то во втором – постараются этому помешать. Особенно, если речь идёт об опасности, нависшей над неким произведением искусства.

Разумеется, не все в Энхиарге стремятся вникнуть в такие тонкости, так что илтейская философия частенько предстаёт не в самом привлекательном виде. Особенно если её мирную суть пытается донести кто-нибудь из молодых, вспыльчивых илтейцев.

Илтейцев прозвали «пыльниками» не только из-за того, что им иногда нравится наблюдать, как что-нибудь рассыпается в пыль, но и за… мистическую связь с вышеозначенной пылью. Им не составит труда устроить песчаную бурю в пустыне или же заставить пыль с ваших книжных полок собраться в аккуратный шарик и скатиться прямиком в мусорное ведро. Связь эта по природе своей, определённо, отличается от той, что существует между созданиями наэй (наларами, адорами или драконами Изменчивого) и «родственными» им «стихиями», но и просто магической её не назовёшь. Забавно, например, что если смешать два вида крупы, илтеец легко заставит зёрнышки «расползтись» по разным кучкам, но если проделать то же с более крупными предметами – камешками, орехами – то ничего у испытуемого пыльника не получится.

Куда больше этой – бесспорно, полезной в хозяйстве – способности, илтейцы славятся даром обращать в пыль то, что им не нравится – вернее, как они утверждают, то, что не нравится Бесконечному, смотрящему в этот момент их глазами, так что команда «рассыпсь!» действует крайне избирательно. Она срабатывает не против всякой цели.

Эта особенность использовалась правителями Танцующих Песков при вынесении смертного приговора. Преступника, чья вина полностью доказана, ставили перед Оком Бесконечного – диском из полупрозрачного камня, из-за которого кто-то из Патриархов приказывал осуждённому рассыпаться в пыль. И если тот вдруг не рассыпался, считалось, что он ещё зачем-то нужен Бесконечному, и ему сохраняли жизнь.

Есть и другой пример. Известнейший илтейский скульптор Сааз, в бытность его преподавателем одной из художественных школ Лар-эрт-эмори, принимал выпускные экзамены сходным образом: те из учеников, чьи творения не превращались под пронзительным взглядом наставника в кучку пыли, могли рассчитывать на хорошую оценку.

Я обещала рассказать вам про чокнутых илтейцев? Вот, пожалуйста, знакомьтесь: сами эти ребята пафосно называют себя «биографами распада», остальные зовут их «падальщиками», а судьи, перед которыми они рано или поздно оказываются, - «соучастниками». Последнее наименование, на мой взгляд, особенно верно: а как иначе назвать существ, как рыба-прилипала присасывающихся к тиранам, жрецам богов разрушения или, на худой конец, вандалам и серийным убийцам? Эти падальщики следуют за ними, в мельчайших деталях описывая зверства своих кумиров. Часто – в стихах. И не плохих, надо заметить…

«Биографы распада» утверждают, что их взгляды и пристрастия являются всего лишь логичным продолжением убеждений остальных илтейцев. Но ваша покорная слуга, а так же группа алайских исследователей, в составе которой она изучала феномен «биографов», придерживаются совсем иного мнения. На наш взгляд, они банально получают удовольствие, наблюдая гибель живых существ и уничтожение произведений искусства. Никакой философией тут и не пахнет…

Принято считать, что илтейцы не являются творениями одного из богов, магов или наэй Энхиарга. Некто переместил их в Энхиарг на заре его существования. Буквально выкрал из родного мира, обратную дорогу в который они впоследствии так и не смогли отыскать.

Кто бы ни был этот анонимный бог/маг/наэй, местечко для своих новых питомцев он выбирал из рук вон плохо: илтейцам очень не повезло с соседями. Просто катастрофически не повезло – к западу от «подаренной» им пустыни Танцующих Песков располагался Лиддариан. Гнусное местечко, дом прихлебателей Элаана, фанатично преданных Госпоже Света Лайнаэн.

На первый взгляд, у них не было особых причин для конфликта с илтейцами. Более того, господам лиддарианцам кое в чем оказалась близка философия их новых соседей.

Дело в том, что следом за элаанцами, лиддарианцы считали, что, развиваясь, Бесконечный всё дальше уходит от блаженного идеального состояния, когда было только Первозданное Сияние и никакие светопротивные материальные объекты не вставали на пути его Благословенных Лучей. Это ужасно и нуждается в исправлении, то есть - в уничтожении всего живого и неживого. Желательно – быстром, но подойдёт и медленное разрушение… по «илтейскому образцу».

Много раз илтейцы пытались объяснить, что они, мягко говоря, не сторонники разрушения Бесконечного, а наоборот, желают ему дальнейшего совершенствования и процветания. Но лиддарианцы слышали только то, что хотели слышать. В один «прекрасный» день они настолько достали илтейцев, что те решили - как они выражаются - испытать назойливых светлюков в их вере: вы жаждете, чтобы весь Бесконечный рассыпался в прах? И хотите, чтобы мы, илтейцы, помогли ему в этом? Отлично! Но начнём мы с вас самих.

Нет, илтейцы не планировали устроить резню. Они просто обратили в пыль один из городов на границе Лиддариана, чаще всего посылавшего к ним… миссионеров. Города, в котором преспокойно (да, именно так, и не говорите мне после этого, что это дело обошлось без участия Ланфейра!) продолжали спать все его жители. Увы, пробудившись, эти маловеры отнюдь не восприняли разрушение своих домов как дар небес, приблизивший их к блаженной пустоте времён Первозданного Сияния. О нет.

Они подняли такой вой, что было слышно и в Бриаэлларе, где, как говорят, сама Аласаис аплодировала стоя остроумной илтейской выходке и Высший Совет города вторил ей. Но кошачье ликование длилось недолго: практичные алаи быстро смекнули, что Лайнаэн юмора явно не поймёт. Они собрались отрядить силы для защиты Танцующих Песков, попросить помощи у союзных народов – как делали прежде, помогая Аглинору отделиться от Элаана. Но не успели…

Лайнаэн опередила их. Леди Света послала всего одного мага. Одного мага, который незамеченным приблизился к илтейскому городу и сотворил всего одно заклинание. Всего одно - Молнию…

В течение всего нескольких минут многие десятки тысяч обитателей Танцующих Песков погибли. Спастись удалось единицам. Из процветающей, многочисленной расы илтейцы превратились в вымирающий вид. Энхиарг онемел от ужаса. Аласаис надолго перестала появляться на его землях – так велика была её скорбь.