 |
|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
 |
 |
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
|
|||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
| Главная / Энциклопедия Энхиарга / Расы Энхиарга
Если вы спросите у жителей Энхиарга, кто такие налары, то большинство ответит вам, что это «такие синие, мокрые, которые всего боятся». И, как ни смешно, это будет довольно точное описание водных эльфов. Синие… Наларов недаром называют синими или, что чаще, синюшными эльфами – кожа их имеет сочный сапфирный оттенок. Нежно-голубая в детстве, с годами она темнеет, а в редких случаях становится почти чёрной. По насыщенности её цвета можно определить чистоту крови налара – не затесалось ли среди его предков людей или эльфов другой породы? У большинства водных эльфов они таки затесались. И не однажды. В вопросах о сохранении чистоты расы наларская аристократия и простонародье придерживаются прямо противоположных мнений: если первые следят, чтобы – не приведи Неллейн! – в их древнем роду не появился ребёнок-полукровка, то вторым глубоко наплевать, какой расы родитель их будущего отпрыска – лишь бы человек (эльф, илтей, адор) был хороший. Их ничуть не расстроит, если у дитяти кожа, например, окажется белой или волосы – рыжими. Наэй Неллейн, Владыка Вод, создал всех наларов бессмертными. Но в результате смешанных браков на свет стало появляться всё больше и больше «стареющих», как называют их жрецы Веиндора, водных эльфов. Дети наларов и смертных существ других рас крайне редко наследуют бессмертие наларского родителя, хотя срок их жизни обычно оказывается довольно долог. Вдобавок, почти все они являются «невоскрешаемыми» существами, хотя таковых много и среди Нель-Илейнской знати. Нельзя не упомянуть здесь и о странных потомках водных эльфов и танаев. По легенде, первое их этих существ стало результатом связи между замужней наларской аристократкой и неким танайским… авантюристом, зализывавшем раны в храме Тиалианны неподалёку от её замка. Неверная жена произвела на свет нечто, похожее на большую, с её голову, каплю синего желе, покрытого кое-где жемчужной танайской чешуёй. Она сочла это карой за измену и постаралась избавиться от мерзкой твари – попросту выбросила её в реку. Но существо не погибло. Не обладая разумом, оно преспокойно жило на дне реки вместе с рыбами. Через некоторое время оно ни с того ни с сего взяло и разделилось пополам. Потом их стало четверо, восьмеро, и так далее, и так далее… И если бы их нерадивая мамаша (бабушка, прабабушка…), увидев компанию «капель», выбравшихся «позагорать» на бережок, не перепугалась их до смерти и со страху не созналась бы во всём мужу, их сочли бы ещё одним видом Нель-Илейнской подводной живности, и всё. Посвящённые в тайну их происхождения налары долго решали, что это такое и что с ним делать. В результате было объявлено, что «капли» всё-таки животные, и, поскольку первое из них появилось при таких… экзотических обстоятельствах, то животные священные, убивать которых категорически нельзя. Их назвали энали, что буквально можно перевести как лже-капли (эн-нали), хотя имеет хождение и другой вариант: эрнали – чешуйчатые капли. Замечу, что подобный печальный результат получили в далёком прошлом и алаи, пытавшиеся бороться с низкой рождаемостью, причиной которой считали банальное несовершенство своих тел (ну должны же у них быть хоть какие-то недостатки!). Тогда им было невдомёк, что дело тут не в особенностях физической оболочки – её-то как раз создать не сложно, - дело в отсутствии подходящей души, которую можно в эту оболочку поместить. Но я, в общем-то, не об этом. У алаек, согласившихся выносить искусственно полученный зародыш, рождались котята, ничем – ни сроком жизни, ни разумом – не отличавшиеся от котят обычных пантер. Алаи быстро «разобрались», в чём тут секрет: вернувшаяся из очередного путешествия Аласаис, надрав горе-учёным уши, популярно объяснила им всё про «дефицит душ» и про своё отношение к опытам на кошках. Причина же появления эрнали до сих пор не известна. Налары, как мужчины, так и женщины, предпочитают, подражая служителям Неллейна, бриться наголо. Но если жрецы всегда ходят с непокрытыми головами, то остальные налары так и норовят налепить на свои черепа каких-нибудь диковинных ракушек, кораллов, морских вееров, рыбьей чешуи и плавников. В последнее время появилась новая мода – налары принялись наращивать себе перепонки между пальцами. Синие вообще помешаны на подводной атрибутике, как, в сущности, и положено детям Владыки Вод. Она высовывается буквально отовсюду, я, например, обожаю их свечи в виде актиний - из цветного воска со множеством полупрозрачных щупалец-фитилей.
…мокрые… Налары умеют делать воду из ничего. Ну, во всяком случае, не-налару кажется, что она появляется из ниоткуда, а как уж там на самом деле всё устроено – это одному Неллейну известно. Самое забавное, что у многих наларов, особенно в детстве и юности, процесс этого «водопроизводства» является неосознанным. Прелестную картину довелось мне однажды наблюдать в Бархатном театре Бриаэллара. Некая наларская дева была настолько захвачена представлением – играли «Лепестки пламени», историю любви, происходящую на фоне жутковатых событий Войны Огня – что напруди… насоздавала целую лужу. Вода сочилась из её ступней и ладоней, которыми она вцепилась в подлокотники кресла. Заметив, какая угроза нависла над их дорогой обувью, чересчур тактичные соседи молодой дамы были вынуждены поджать ноги. Так бедняги и промучились бы до антракта, если бы не соплеменник наларки, сидящий позади неё. Он быстренько привёл её в чувство, а потом нагнулся и призывно похлопал по ноге, будто подманивал собачонку. В тот же момент «ожившая» лужа под ногами наларки всколыхнулась и гигантским плоским слизнем поползла к «хозяину». Вынырнув из-под кресла, она собралась в идеальный шар чистой воды, и он, сверкая и переливаясь, улетел к потолку и затерялся среди хрустальных люстр. Это, кстати, пример проявления ещё одного наларского дарования: они не только умеют создавать воду, но и управляют ею, не прибегая к магии. То, что проделал налар в Бархатном театре – это детские фокусы по сравнению с умением его соплеменников «уговаривать» реки течь вспять, а подземные воды подниматься на поверхность. Налар может заставить воду превратиться в лёд или в пар (ну, мгновенно испариться, например, из чьего-нибудь тела). Ему по силам сжать целое озеро до размеров шарика с кулак величиной… хотя налары говорят, что слово «сжать» тут совсем не подходит. Я пыталась выяснить у них, что же они, в таком случае, делают с этой разнесчастной водой, как заставляют её уменьшаться в объёме и весе, и становиться твёрдой, как стекло. Но они в ответ только пожимали плечами и как-то мечтательно заводили глаза. Впрочем, мне ли на них обижаться - ведь примерно такое же лицо делают алаи, когда их спрашивают, каково это – обладать кошачьей интуицией?.. …и всего боятся
Наларская тру… осторожность давно вошла в анекдоты, вроде этого, популярного в Анлиморе. В этом смысле «детки» пошли в своего «папашу» - Владыка Вод весьма и весьма осторожен, и подтверждения тому можно видеть повсюду. Взять хотя бы Энайские горы, непроницаемым кольцом окружающие Наэйриан. Думаете, откуда они взялись? Нет, кто непосредственно их создал, я рассказать не возьмусь, но доподлинно известно, что у этого кого-то горы вытребовал Неллейн собственной персоной. Сначала – их, потом – горы Нельвард, окружившие столь же непреступным барьером Нель-Илейн, а затем ему понадобились ещё одни – Кольцо Неллейна - внутри которого, в озере Святой Воды посреди одноимённой долины он и поселился вместе с избранными представителями наларов. В том же Анлиморе есть детская загадка: «Кто в трёх кольцах сидит, дрожит и булькает?» (Интересно, меня заставят её вычеркнуть, или так пройдёт?..) Думаю – пройдёт. Налары удивительно спокойно относятся к подобным выпадам и очень этим гордятся. «Мы единственные, кого следовало бы называть Старшей расой, - «скромненько» говорят они о себе. - Нам одним не свойственны самомнение, горячность и сумасбродство, которыми страдают представители большинства других народов. Включая танаев. Мы – это сама вода. Можно сколько угодно кидать в озеро камни – поверхность его всё равно быстро разгладится». Наларам, независимо от возраста, доставляет огромное удовольствие играть в эдаких древнющих философов с созерцательным отношением к миру. За это их, кстати, прозвали «лже-танаями» (угадайте – кто?). Раз уж я взялась иллюстрировать свои статьи описанием шедевров энхиаргской живописи, не могу не вспомнить презабавную «живую картину» «Наларский мудрец» за авторством Алвиана Анлиморского и Тракса Сишура. На ней изображён налар, неподвижно сидящий под деревом и отрешённо пялящийся в лужу. Долгое время ничего не меняется, в луже «проплывают» отражения облаков… А потом на голову ему падает сухая веточка. Налар, с перекошенным от ужаса лицом, подпрыгивает, как сказали бы алаи, всеми четырьмя лапами, в полёте произносит заклинание, и дерево превращается в одну огромную сосульку. Лужа под ним тоже замерзает. Приземлившись на неё, налар поскальзывается, шлёпается на пятую точку… потирает копчик, поджимает ноги и снова принимает свой «философский» облик. Вот и в жизни у них всё точно так же. Налары вечно пугаются сами не знают чего и, обороняясь, начинают творить такое, что шерсть дыбом. За примерами далеко ходить не надо, достаточно посмотреть, как травит, режет, испаряет и душит друг друга благовоспитанная наларская знать. И это при том, что водные эльфы, в отличие от линдоргцев, например, по природе своей существа довольно мирные и неамбициозные, умеющие ценить жизнь в простых её проявлениях: от вкусной еды и удобной одежды, до тихого семейного счастья. Причина их устрашающей агрессии банальна – страх. На заре времён наларские аристократы жили меж собой в относительном согласии. Во всяком случае ни о каких убийствах и речи не шло. По одной из версий всё изменилось в одночасье, когда некий впечатлительный родственник тогдашнего императора совершил поездку в Линдорг, насмотрелся на то, как тамошние маги подставляют, обманывают и убивают друг друга. Немного подвинувшись на почве всего этого рассудком, он вернулся домой в полном ужасе, что точно так же расправятся с ним самим. Однажды его тётка прислала ему коробку эморийских груш. Наш герой почему-то решил, что они пропитаны ядом и отправился лично швырнуть их в подлую морду «отравительницы». Оскорблённая в лучших чувствах дама, разумеется, тут же решила оправдать своё честное имя самым наглядным образом – она выхватила у него грушу, откусила и… упала замертво. Дело в том, что её сумасшедший племянничек смекнул, что она вполне могла запастись противоядием и, вот так демонстративно куснув грушку, выставить его полным дураком и, что важнее, уйти от ответственности. Поэтому он сам впрыснул яду в злосчастные фрукты. Но, разумеется, об этой маленькой подробности не знал никто кроме него (ну и продавца яда), и для окружающих смерть почтенной дамы выглядела всего лишь подтверждением обвинений её племянника. С этих самых пор среди наларской знати и поселился страх. А наш герой только подливал масла в огонь, постоянно нашёптывая знакомым наларам о якобы раскрытых им заговорах – как против него самого, так и против них. Результатом стала череда «упреждающих» убийств. Аристократы, да и просто столичные жители все как с ума посходили… Неллейн был в ужасе. Ему было больно смотреть, как его возлюбленные дети уничтожают друг друга. Он взывал к ним через жрецов, пару раз даже являлся на городских площадях, но всё было тщетно. В отчаянии Владыка Вод обратился за помощью к Тиалианне, жрецы которой как никто умели вразумлять, и Аласаис, способной управлять эмоциями, среди которых числился и страх. Но у Аласаис не оказалось достаточного количества алаев, чтобы навести порядок во всём Нель-Илейне, и кошки её занялись в основном поддержанием порядка в Нельриале. Храмы же Тиалианны выросли во всех уголках владений Неллейна. Прознав о способности танаев обнаруживать и нейтрализовывать яды, налары взяли за правило приглашать на каждую трапезу одного из жрецов Хозяйки Пути (как вы понимаете, исключительно для того, чтобы он благословил пищу…). Настроение в обществе улучшилось, убийства стали более редкими, но всё равно полностью не прекратились. Неллейн начал злиться. Он уже не уговаривал, он приказывал наларам одуматься. В ход пошли угрозы, но избалованные его всепрощающей любовью детки распоясались уже настолько, что пропускали все предупреждения мимо ушей… До тех пор пока на месте владений одного господина, прикончившего хозяина соседних земель, не появилась вдруг знаменитая пустыня Нельгаар – Гнев Неллейна (ставшая впоследствии всенель-илейнским кладбищем). Вот, оказывается, что было необходимо наларам – чтобы у них было нечто, чего они боялись больше, чем отравленного ножа воображаемого конкурента. Кровь перестала литься, по крайней мере, настолько явно. Но аристократы Нель-Илейна по прежнему подозревают друг друга в самых злобных намерениях и пытаются искать способы обойти запрет Неллейна на убийства. Итак, для наларской знати природная трусость обернулась помешательством. Что ж, безумие безумием, а из места, где вот-вот запахнет жареным, налары каким-то мистическим образом всегда умудряются улизнуть заблаговременно. Не даром ниже, в главе, посвящённой выбору места проживания в Энхиарге (раздел «Наэйриан»), мы советуем тем, кто ищет уголок для тихой семейной жизни, судить о степени безопасности поселения по количеству проживающих там наларов. Смелый налар – это уникум. Встретить его можно не чаще, чем водного эльфа, увлечённого магией огня. Кстати, раз уж упомянули наларов и огонь, надо рассказать и о Войне Огня. Мало кто из лично знакомых с наларами существ может поверить в достоверность исторических хроник, описывающих, как отважные воины Нель-Илейна спасали Энхиарг от харнианской угрозы. Про то, что у Аласаис был длительный роман с Неллейном, знают все. Но мало кому известен любопытный фактик, что именно благодаря этому роману Хозяйке Бриаэллара удалось уговорить Владыку вод позволить ей э-э… малость воодушевить его робких деток. Он позволил – она воодушевила, не даром же Аласаис является наэй эмоций, и разом осмелевшие налары отправились радостно «тушить» (или «гасить» - тоже с тех времён нам осталось словечко) злобных харнинцев. Но война кончилась, всё вернулось на круги своя, и герои легендарных битв, читая внукам сказания о своих подвигах, с трудом верили, что могли быть столь опрометчивы, чтобы ввязаться во весь этот огненный кошмар. Игры с водой Из-за описанных выше особенностей характера, налары занимаются исключительно мирными делами. В тысячах больших и малых озёр Нель-Илейн разводят они множество сортов рыбы, съедобных моллюсков, змей и водорослей и поставляют морепродукты во все уголки Энхиарга и за его пределы. Востребованы налары с их способностью поворачивать реки и «вытягивать» воду из-под земли и на всевозможных засушливых территориях. Многие из них нашли себя в искусстве: здесь и выращивание фантастических живых букетов из кораллов и водорослей; и изготовление драгоценностей – у моей матери есть чудесное ожерелье из шариков безднианского стекла, заполненных водой, в каждом из которых плавает по какой-нибудь заколдованной рыбке или креветке; создание фонтанов и искусственных водопадов; а также, конечно, знаменитое «плетение воды» - создание скульптур и завораживающих картин из подвижных водяных струй. Надо сказать, что некоторые из наларов становятся жрецами Тиалианны, чему, по описанной выше причине, Неллейн только радуется. Немало среди водных эльфов и отличных целителей. Учиться они отправляются в королевство Элидан, в город Серебряная Слеза, откуда возвращаются не только с багажом знаний по исцелению и изготовлению тел, но и укрепившимися духом, что позволяет им максимально приблизиться к так милому их сердцу «философскому» образу.
Я уже не раз цитировала произведения анлиморского устного народного творчества и, как мне кажется, должна объяснить, как возникла межрасовая «любовь» в этих произведениях отражённая. Анлимор расположен на берегах озера Упавших Звёзд, названного так из-за огней наларского города И-нель-ора, раскинувшегося на его дне. Причём первый возник намного позже второго и… с большим боем. И-нель-ор – единственный крупный город водных эльфов за пределами Нель-Илейна – был основан участниками провалившегося заговора против тогдашнего наларского императора, сбежавшими от расправы мстительного монарха. Причём родственники, приближённые и слуги заговорщиков удрали вместе с ними, опасаясь, что их признают соучастниками преступников и казнят. Рассказываю это, чтобы передать настроение наларов поселившихся в безымянном тогда озере. Они постоянно ждали ответного удара императора, и это ожидание настолько расшатало их и без того не самые крепкие нервы, что любое существо с поверхности начало казаться им потенциальным врагом. Про любовь же наларов к упреждающим ударам я уже сказала – так что нечего удивляться, что когда ничего не подозревающие будущие анлиморцы основали на берегах озера Упавших Звёзд своё первое поселение, обитатели И-нель-ора не долго думая создали огромную волну, которая смыла незваных гостей к лиаровой бабушке. Но гости оказались на удивление настырными: они не уяснили урок, отстроили свои жилища и снова принялись рыбачить в погубившем многих из них озере. Налары пришли в ярость. И повторили маневр. Но на этот раз результат был куда меньшим – волна разрушила дома, но все их обитатели успели спастись… Неизвестно, сколько бы они вот так… бодались, если бы анлиморцы не воззвали всё к тем же Тиалианне и Аласаис: анлиморцы уже тогда были ушлыми ребятами и прекрасно понимали, кто из сил Энхиарга может повлиять на Неллейна и, следовательно, его засевших в озере детей. И богини повлияли (обе они редко когда упускают возможность облагодетельствовать кого-нибудь… потенциально полезного). Неллейн внял их просьбе и пообещал приструнить и-нель-орских наларов, благо не видел причин, по которым береговое поселение могло им реально мешать или угрожать. В результате анлиморцы остались жить на берегу Упавших Звёзд. Постепенно между ними и наларами установились более-менее добрососедские отношения, даже наладилась торговля. Но многие «анти-наларские» словечки и поговорки, сохранившиеся со времён противостояния двух городов, нет-нет да проскакивают в их речи. Талия Мурр ан Камиан ("Говорящий путеводитель "Четырёх Т" по Энхиаргу") |
